Откройте эшелон
В августе 41-го сотни тысяч советских немцев были депортированы из европейской части СССР
Кликните по двери вагона
Листайте вниз
Откройте эшелон
В августе 41-го сотни тысяч советских немцев были депортированы из европейской части СССР
Кликните по двери вагона
Листайте вниз
Открыть вагон и вернуться на 80 лет назад. В Автономную Советскую Социалистическую республику немцев Поволжья. Её создали в молодом советском государстве в 1918 году на территории Саратовской и Самарской губерний — там, где уже полтора века жили немцы-переселенцы. Их своими манифестами пригласила в Россию ещё императрица Екатерина II. Они выращивали рожь и овёс, табак и овощи, строили мельницы и заводы. Когда после Октябрьской революции у немцев появилась своя автономия, в школах начали преподавать на немецком, выходили советские газеты на двух языках. В многонациональной семье народов каждому этносу гарантировалось равноправие.
Когда началась Великая Отечественная, советских немцев мобилизовали на фронт. Руководители Советской немецкой автономии обратились к германскому народу с призывом не проливать кровь, повернуть оружие против Гитлера и «фашистских людоедов». В середине августа 41-го советские газеты рассказали о подвиге немца-комсомольца Генриха Гофмана. И буквально через пару дней Республика немцев Поволжья была ликвидирована. В Указе Президиума Верховного совета СССР заявили о десятках тысяч диверсантов и шпионов, постановили: немцев — переселить. Люди немецкой национальности, вне зависимости от их статуса, регалий, партийной принадлежности, должны были сдать своё имущество, собрать самое необходимое и явиться на пункты сбора. На Урал, в Сибирь, Алтай и Казахстан были депортированы почти полмиллиона человек.
В личном архиве семьи Фрайберг до сих пор хранится список того, что было изъято перед депортацией. Подушки, табуретки, маслобойка. Им говорили, что когда они вернутся, смогут это всё забрать. Многие верили, собирали в узелок только самое необходимое — одежду на пару дней. Надеялись, что там, куда они приедут, им дадут жильё. В вагоны для скота заталкивали столько людей, сколько войдёт. На ночь вагоны запирали.
В личном архиве семьи Фрайберг до сих пор хранится список того, что было изъято перед депортацией. Подушки, табуретки, маслобойка. Им говорили, что когда они вернутся, смогут это всё забрать. Многие верили, собирали в узелок только самое необходимое — одежду на пару дней. Надеялись, что там, куда они приедут, им дадут жильё. В вагоны для скота заталкивали столько людей, сколько войдёт. На ночь вагоны запирали.
Чайник и керогаз взяла с собой из дома Цицилия Боярская. Её мужа расстреляли в 1938 году, в
41-м женщину с детьми везли в неизвестность. Ехали долго, движение эшелонов прерывалось бомбёжкой. Вскипятить чайник и напоить детей было самой важной задачей. Внучка Цицилии Милита Шмидт делится воспоминаниями бабушки.
На редких фотографиях, которые удалось сохранить семьям, — жизнь до войны и до депортации. Автономия немцев Поволжья была одной из первых в СССР республик сплошной грамотности. Здесь работали театры и университеты, с Октябрьской революции до Великой Отечественной здесь выросло целое поколение советских немцев, которые верили в идеалы коммунистической партии и общее светлое будущее.
Доктор философии Виктор Кригер долгие годы изучает тему депортации немцев Поволжья. Публикации в советских и зарубежных газетах помогают восстановить хронологию событий и глубоких потрясений людей, которые вдруг оказались вне закона.

По разным подсчётам, из поволжья в КазССР было депортировано более 117 тысяч немцев.

К сегодняшнему посёлку Кимперсай немцев привезли 7 октября 1941 года. Из вагонов выгрузили 26 тысяч человек. Сейчас об этих событиях напоминают только заросшие травой курганы, многие из них стали братской могилой для переселенцев. Жительница посёлка Светлана Короткова часто возит сюда группы молодёжи, чтобы рассказать о жизни депортированных.

«

Роза Фердерер
Когда нас привезли, стали ездить подводы — собирать семьи. Каждый проезжал и спрашивал: сколько у вас рабочих? Нас было семеро детей, старшая сестра, я и мама. Нас никто не брал.
Мелита Шмидт
Нашей семье повезло, нас приютила бабушка Казиева. Всё, что у неё было, делила с нами. Семья Казиевых тоже голодала, но делилась тем, что есть: куском хлеба, половинкой курта, одеждой.
Мелита Шмидт
Нашей семье повезло, нас приютила бабушка Казиева. Всё, что у неё было, делила с нами. Семья Казиевых тоже голодала, но делилась тем, что есть: куском хлеба, половинкой курта, одеждой.
Александр Бауман
Когда нас привезли, все в деревне вышли на нас посмотреть. Кричали: «Немцы! Немцы!» Думали, что мы черти с копытами и рогами. Тогда наш председатель сказал: «Это не те немцы, это наши, советские».

»

Если выселили — значит, было за что. Злое «фашисты» не только в спину, но и в лицо. Эрина Цейтер, которая ухаживала за четырьмя братьями, столкнулась с настоящей ненавистью.
Редким семьям удалось увезти с собой швейную машинку. Их заворачивали в одеяла, как младенцев. Машинка становилась кормилицей. На ней шили и бесконечно перешивали из своих вещей одежду детям. Делали что-то на заказ — не за деньги, чаще всего за еду.

За пару месяцев после депортации части семей удалось поднять себе жильё. В бараках жили по несколько человек, дети спали на одной кровати, чтобы не мёрзнуть. Но в 1942 даже такая жизнь закончилась.
В январе 1942 года был подписан Указ о мобилизации всех немцев-мужчин в возрасте от 17 до 50 лет, годных к физическому труду, выселенных в Новосибирскую и Омскую области, Красноярский и Алтайский края и Казахскую ССР. 7 октября было принято ещё одно постановление, теперь немцы призывались с 15 и до 55 лет, женщины с 16 до 45.

Учёные до сих пор спорят о происхождении термина «Трудовая армия». В официальных документах это называли трудовой повинностью. По одной из версий, трудармией сами называли себя те, кто был мобилизован и призван военкоматами для работы на стройках, шахтах, железной дороге. Они жили на казарменном положении в лагерях НКВД, в огороженных и охраняемых зонах. Статус «трудармеец» — это всё, что отличало их от заключённых.
Усольлаг, посёлок Тимшер
Посёлок Тимшер входил в Усольлаг НКВД. Лагерники, среди которых было много немцев-трудармейцев, заготавливали и разделывали древесину. Условия жизни и труда были очень тяжёлыми, смертность была невероятно высокой. Фридрих Лореш, бывший трудармеец, оставил свои воспоминания «Жизнь в Тимшере и других лагерях Усольлага». Он писал:
Не тяжёлая работа была виной наших страданий, а недоедание, плохое снабжение и бесчеловечное обращение в сталинском каторжном лагере Тимшер. … Вместе жили, работали и умирали лютеране, католики и меннониты, права и обязанности которых состояли только в том, чтобы беспрекословно трудиться до самой смерти. Смерть казалась нам чем-то нормальным, она утратила даже свою трагичность. Армейцы, особенно больные, считали смерть освобождением от мук.
Отилию Гиршкорн отправили в шахту, когда ей было 16.
У Владимира Эретраута в трудармию забрали отца и старшую сестру.
Немки, у которых дети были старше трёх лет, тоже призывались на трудовые работы. Детей предписывалось отдать на воспитание остальным членам семьи, а если их не было — колхозам. У маленькой Елизаветы был только брат чуть-чуть старше её.
Ни у кого не возникало сомнений, что во время войны нужно работать. Но женщины других национальностей работали на месте и оставались с детьми. А немецкие женщины, которые были призваны в лагеря, отправились за сотни-тысячи километры от их семей. Дети оставались фактически одни. Было подписано специальное постановление: если детям было меньше восьми лет, их должны были сдавать в детские дома, старшие отдавались в казахские или русские семьи. Это единственный факт в истории и России, и СССР. Что касается мужчин, они содержались как заключенные, но в чём заключалось советское фарисейство — формально это не было заключение. Там даже сохранялись ячейки Коммунистической партии, комсомольские ячейки. И эти люди под конвоем ходили на партсобрания.
Виктор Кригер
В домашнем архиве семьи Циммерманнов хранится оловянная ложка. 15-летний Адам сам сделал её в 1942 году, когда его забрали в трудамию. Он был высокий, казался старше своих лет, и вместе с мужчинами его поставили на разгрузку вагонов. На всю жизнь будущий заслуженный врач Караганды Адам Циммерманн получил на память от трудармии три неразгибающихся, изуродованных на железной дороге пальца. Ложка стала для него символом, мечтой о будущем доме, но даже после завершения войны для советских немцев не наступил мир.
КОМЕНДАТУРА
Во время войны необходимость депортации, трудовую повинность, нарушение социалистического законодательства в отношении немцев ещё как-то можно было объяснить сложностями времени. Но после... Эвакуированные возвращались домой, отбывшие трудовую повинность — в места обязательного поселения. Будущее немцев, как и других депортированных народов, было непонятным. А в 1948 году вышел Указ Президиума Верховного Совета о том, что переселение проведено навечно.

Советские немцы должны были жить в местах обязательного поселения и отмечаться в комендатурах.
В начале 50-х, когда в СССР начался подъём экономики, работали театры, музеи, открывались новые университеты и институты, немцы по-прежнему должны были отмечаться в комендатуре. Комендант мог разрешить или не разрешить переезд из деревни в город на учёбу. Но даже в таких условиях люди влюблялись, женились, рожали детей. Эта люлька — один из экспонатов Виртуального музея немцев Казахстана, она была сделана как раз в 50-х.
Советские немцы были сняты с учёта спецпоселений лишь 30 декабря 1955 года. Они получили право переезжать в другие районы страны, за исключением мест, где они жили до войны. В указе 1955 года подчёркивалось, что речь не идёт о возвращении немцам конфискованного при переселении имущества или об их возвращении в места, откуда они были выселены.

Историки отмечают, что немцам сложно было получить высшее образование, их не брали в институты и университеты. Многие оставались работать в сёлах, так как дороги в город просто не было. Все достижения были не благодаря кому-то, а вопреки, но они были.

«

Роза Фердерер
За усердную работу в своём совхозе после снятия со спецучёта Роза получила несколько медалей: она собирала хлопок, косила сено, ухаживала за лошадьми. Вышла замуж и вырастила дочь.
Мелита Шмидт
Семья Мелиты после снятия со спецучёта тоже осталась в Казахстане. Внучка депортированных в Казахстане вышла замуж и родила троих детей. 
Александр Бауман
После снятия со спецучёта Александр отслужил в армии, встретил девушку, женился и переехал в Усть-Каменогорск. 48 лет проработал в КазТеплоИзоляции, гордо зовёт себя закоренелым казахстанцем.

»

80 лет прошло с момента депортации поволжских немцев, но не все документы тех лет доступны исследователям. Например, до сих пор засекречена информация по лагерям трудармейцев, комендатурам и комендантам. Есть не все данные о жертвах.
Их везли с Поволжья эшелонами и оставили на вечное поселение, их судьбы изменили исторические события, но сейчас память о советских немцах постепенно стирается. У нас есть возможность вновь напомнить об этих событиях, отройте эшелоны вместе с нами.
Поделитесь историей в социальных сетях.
Над проектом работали:
Автор: Ольга Каплина
Дизайнер: Михаил Кишкарёв

Сделано по заказу Wiedergeburt в Казахстане.
Фото и экспонаты Виртуального музея немцев Казахстана.